галерея
современного
искусства

Ирина Зюськина: «Зрители в Казани задавали правильные вопросы»

Московская художница о выставке «Я рядом. Яратам» в галерее «БИЗОN», триптихе про своего брата и работе в белградском храме

Ирина Зюськина, в своем творчестве исследует взаимосвязь человека и города. Художница родилась и выросла в Москве и с детства наблюдала за пейзажами спальных районов. Многослойные структуры города легли в основу ее художественного метода. Корреспондент «БИЗНЕС Online» выяснил, как опустевший город времен COVID-19 неожиданно вдохновил Зюськину, и узнал, как бытовые переживания 10-летней давности нашли отражение в работе «Теснота».

Ирина Зюськина: «Не скажу, что всегда пишу о конкретных событиях или ситуациях, но часто мои полотна тесно связаны с пейзажами городской среды»

Ирина Зюськина: «Не скажу, что всегда пишу о конкретных событиях или ситуациях, но часто мои полотна тесно связаны с пейзажами городской среды»

«Изначально у меня не было конкретной цели — стать художником»

— Ирина, одним из главных источников вдохновения для вас служит архитектура, в том числе панельные многоэтажки Москвы, в окружении которых прошло ваше детство. Как эти спальные районы и жилые коробки повлияли на ваше творчество?

 Обрывки детских воспоминаний прочно осели у меня в голове, и сейчас я формирую из них цельные образы. Не скажу, что всегда пишу о конкретных событиях или ситуациях, но часто мои полотна тесно связаны с пейзажами городской среды. За свою жизнь я видела разные части Москвы, и они воспринимались по-разному. В детстве среда ассоциируется с чем-то семейным, связанным с родительским домом. А по мере взросления уже воспринимается как личное пространство, где ты находишься наедине с собой.

 Городские пейзажи, представленные на выставке в «БИЗОNе», как раз исследуют эту тему? 

 Да, все выставочные работы созданы в последние годы и посвящены поиску моего личного пространства. В одних полотнах я рефлексирую о прошлом, в других — стараюсь поймать и передать ощущение от нынешних моментов жизни. Везде по-разному. В работе «Теснота» отражены мои переживания 10-летней давности, когда я жила с родителями. Мы ютились в небольшой квартире, и, конечно, в 17–18 лет это воспринималось острее, чем в детстве. Я стремилась изобразить чувство замкнутости и отсутствия личных границ. Триптих «Сегодня-завтра» выражает мое волнение о младшем брате. Мне хотелось выстроить жизненный путь Андрея на трех холстах и показать, что я неравнодушна к его судьбе. А объект «Подвешенное состояние» повествует о нестабильности, из-за которой сегодня сложно строить долгосрочные планы.

 Каждый из участников нынешней выставки пришел к изобразительному искусству своим путем: Евгения Байгалиева отучилась на социолога в МГУ, Анна Лапшинова выбирала между живописью и медициной, Саян Байгалиев пробивал себе дорогу в Москву из небольшого села в Казахстане. А как вы стали художником?

 Изначально у меня не было конкретной цели — стать художником. Моя семья никак не была связана с искусством, и я долго не понимала, что художник — это сложнейшая профессия, которой можно заниматься всю жизнь. В детстве мне просто нравилось рисовать. Я ходила в художественную школу, постоянно возилась дома с бумагой и красками. А уже когда поступила в лицей при Российской академии художеств, осознала всю серьезность происходящего. Я поняла, что профессия художника требует полной отдачи, и решила посвятить себя ей.

Но не все было так просто. Оглядываясь на готовую работу или список пройденных выставок, порой кажется, что все в жизни мне давалось легко, делалось с улыбкой и удовольствием (мы вообще часто обесцениваем свои усилия в прошлом). Но на самом деле это большой труд: каждый этап карьеры сопровождался усилиями, а каждая работа отнимала много энергии.

Я с 7 лет не прекращаю учиться, а школа современного искусства стала логичным продолжением академического образования. Институт имени Сурикова дал мне крепкую профессиональную базу, но не открыл перспектив в понимании того, что делать дальше. Поэтому, выпустившись, я сразу поступила в MSCA, где обучаюсь уже второй год. Для меня это отличная возможность расширить и углубить художественную практику, приобрести большой багаж навыков, понять, как устроена среда современного искусства и как с ней коммуницировать.

В школе меня научили тому, без чего художнику сегодня не выжить, — грамотно составлять портфолио и заявки для выставок, продумывать смыслы, вкладываемые в работы. Кроме профессионального мастерства, очень важна концептуальная идея произведения. Мне нравится многоуровневая, насыщенная система образования в MSCA, и я уверена, что она принесет свои плоды.

«Изображая человека, которого я давно знаю, чувствую огромную ответственность. Стараюсь работать максимально качественно не только в плане техники, но и точно воплощать в произведении личные ощущения и переживания»

«Изображая человека, которого я давно знаю, чувствую огромную ответственность. Стараюсь работать максимально качественно не только в плане техники, но и точно воплощать в произведении личные ощущения и переживания»

— Какая из работ, представленных на выставке, далась вам особенно нелегко?

 Наверное, триптих «Сегодня-завтра». Мне всегда непросто передавать в работах образы близких людей, будь то брат, дедушка или муж. Изображая человека, которого я давно знаю, чувствую огромную ответственность. Стараюсь работать максимально качественно не только в плане техники, но и точно воплощать в произведении личные ощущения и переживания. К тому же триптих о брате оказался сложным в плане формального решения. Для меня это не три отдельных холста, а единое изображение, разбитое на части. Было трудно выдерживать в нем единое эмоциональное состояние: изменив что-то в одной части, тут же приходилось «подтягивать» вторую и третью.

При этом непрерывный процесс синхронизации холстов увлекает, а сама работа стала для меня важной в личном плане. В детстве мы с братом не очень ладили. Затем долго не общались, а когда я позвала его позировать в мастерскую, мы очень сблизились и сейчас замечательно относимся друг к другу. Кстати, человек на холстах — это не только мой брат. Это некий собирательный облик подростка, типичного парня с улицы, который не совсем понимает, чем ему заняться в жизни и куда себя деть. Герой триптиха воплощает образы многих моих ровесников, а сама работа посвящена  профессиональному и духовному становлению личности. Не знаю, помогла ли она моему брату найти нужные ориентиры в жизни — при случае уточню. Но позировать ему нравилось.

«Для меня еще интереснее фиксировать чувства и ощущения, которые рождаются при взаимодействии с городской средой. Она задает некий импульс, состояние, а живопись помогает мне его ухватить и «присвоить» себе»

«Для меня еще интереснее фиксировать чувства и ощущения, которые рождаются при взаимодействии с городской средой. Она задает некий импульс, состояние, а живопись помогает мне его ухватить и «присвоить» себе»

— Даже в этой работе присутствует изображение городской среды. Почему, выбирая профессию, вы в итоге выбрали живопись, а не архитектуру?

 Порой сама себя спрашиваю об этом. Мне действительно нравится архитектура: она хранит в себе монументальные образы, память о великих эпохах и исторических событиях. За этим интересно наблюдать. Но для меня еще интереснее фиксировать чувства и ощущения, которые рождаются при взаимодействии с городской средой. Она задает некий импульс, состояние, а живопись помогает мне его ухватить и «присвоить» себе. Обычно все ощущения мимолетны, их сложно зафиксировать на телефон или видеокамеру. Поэтому я с помощью изобразительного искусства сохраняю и передаю состояния, которые для меня важны.

— Из ваших монументальных городских пейзажей особенно выделяются яркие работы с изображением Московского метрополитена. Как они возникли?

 Я часто езжу на метро, и постепенно оно стало для меня родным пространством. По дороге в институт я любовалась выстроенностью его форм, горизонталей и ритмов. Собственно, серия родилась во время пандемии, когда метрополитен опустел и его архитектура обособилась от толпы, в которой постоянно находилась до того. Меня это очень заинтересовало.

— Почти все ваши работы, представленные на выставке, объединяет многослойность. Это ваш способ показать многообразие большого города?

 Думаю, это часть моей натуры. Я создаю не только многослойные полотна, но и многосоставные объекты, объединяя в них различные материалы. Во-первых, это позволяет мне выстроить более сложную, многоуровневую композицию. А во-вторых, помогает вложить в нее несколько смыслов, сделать более неоднозначным образ, который я хочу передать в работе. Например, объект «Координаты», представленный в Казани, состоит из нескольких слоев оргстекла, на которые с помощью фотопленки нанесены различные элементы городской среды, связанные с местами моей учебы, работы и другими значимыми локациями. Из них я стараюсь собрать себя и рассуждаю о том, что нас формирует. Это не портрет, а обобщенный силуэт. Недаром он будто не завершен: ведь по мере взросления все мы непрерывно меняемся, растем и развиваемся. То, что сейчас видит зритель, отражает меня на данном этапе жизни.

«Темы поддержки, любви и соучастия всегда так или иначе были в моем творчестве. Во многих работах я ищу для себя некие точки опоры и стараюсь побудить к этому зрителя»

«Темы поддержки, любви и соучастия всегда так или иначе были в моем творчестве. Во многих работах я ищу для себя некие точки опоры и стараюсь побудить к этому зрителя»

«Я с теплом вспоминаю Казань, зрителей и команду галереи «БИЗОN»

 Со своими коллегами по выставке Анной Лапшиновой, Евгенией и Саяном Байгалиевыми вы знакомы по учебе в МГАХИ. Как оцениваете их творчество?

 Очень высоко, да и вообще все сложилось потрясающим образом. Согласившись участвовать в казанском проекте, я не знала, с кем придется работать. А встретившись с Аней, Саяном и Женей, очень обрадовалась. Все мы действительно не чужие друг другу люди, поэтому выставка получилась семейной. У Евгении очень нежные и тонкие работы, они затрагивают серьезные проблемы семьи и общества, но при этом сделаны очень деликатно. Саян невероятно трудолюбив. Я не понимаю, как он успевает делать столько всего, и восхищаюсь его изящной работой с пространством. А полотна Анны очень уютные. Глядя на них, будто оказываешься у себя дома.

— В марте вы были на открытии выставки в Казани и провели встречу со зрителями галереи. Какие впечатления остались от города и казанской публики? Готова ли она сейчас полноценно воспринимать современное искусство?

 Я с теплом вспоминаю Казань, зрителей и команду галереи «БИЗОN». Все было сделано по любви. Гости выставки задавали правильные вопросы, искренне интересовались тем, что я делаю, и были готовы воспринимать не только классическую живопись, но и то, что предложила им наша четверка (а ведь желание и интерес — главные помощники в постижении современного искусства). Все было комфортно, открыто и честно, поэтому я чувствовала себя как дома.

— Сейчас вы реализуете проект «Хрупкость» в рамках сотрудничества центра художественного производства «Своды», Дома культуры ГЭС-2 и Universial University. Чем он вам интересен?

— Я долго думала о том, насколько близка мне тема хрупкости, накапливала мысли, идеи, сюжеты. В итоге подала заявку на проект, прошла серьезный отбор и уже три месяца воплощаю свои задумки при помощи грамотных мастеров центра «Своды». По окончании проекта, в мае, запланирована выставка — пока неясно, где она пройдет, но будет интересно. Сейчас на оборудовании мастерских я осваиваю различные материалы и техники. Один объект будет состоять из фотопечати и шелкографии (это мой первый подобный опыт). В других я сочетаю печать и шелкографию со стеклом. Если успею, сделаю несколько работ из керамики. Это интересный междисциплинарный проект, который затрагивает различные медиа.

— Можете ли нарисовать портрет покупателя ваших работ?

— Это всегда разные люди, но большинство из них любят архитектуру и как-то с ней связаны. Я не могу называть конкретные имена и даже сама знаю далеко не всех покупателей. Приобретение искусства очень личная история, она отражает личность человека и его вкус, поэтому многие предпочитают об этом умалчивать. А так продажи идут. Не всегда стабильно, но это нормально. Невозможно рассчитывать на то, что у тебя каждый месяц будут покупать работу. Всегда есть дополнительные возможности заработка — монументальные проекты или заказы. Главное, чтобы они не шли вразрез с внутренним миром автора, его художественной практикой и личным желанием.

Сама я долгое время трудилась на большом проекте — выкладывала мозаику для храма святого Саввы, который недавно открылся в Белграде. Это был долгий, сложный и интересный опыт. Мы выкладывали мозаичные панно в московских цехах, а монтировали их уже в Сербии. Такие проекты — отличная возможность получить новые навыки и параллельно заработать. Сейчас все мое время занимает учеба и собственные проекты.

— Выставка «Я рядом. Яратам» о поддержке, любви и соучастии во многом стала успешной благодаря особой искренности ее участников. Насколько важно сегодня говорить со зрителем на эти темы?

 В наше непростое время, когда даже сложно предугадать, что будет завтра, хочется найти какой-то остров стабильности и определенности, место, где можно ощущать себя спокойно и комфортно. Темы поддержки, любви и соучастия всегда так или иначе были в моем творчестве. Во многих работах я ищу для себя некие точки опоры и стараюсь побудить к этому зрителя. В каких-то полотнах более явно, в каких-то — опосредованно. Нам действительно важно транслировать эти темы в Казани сегодня.

Анастасия Попова